Примечание переводчика: Перевод выполнен верлибром, т.е. без рифмы и размера. Переводчик лишь стремился сделать подстрочный перевод смысла стихотворения удобочитаемым и не хотел имитировать поэтические приёмы оригинала, и поэтому не думает, что результат можно считать художественным произведением. Чтобы читатель получил представление о поэтических особенностях этих стихотворений, внизу приведены оригиналы.

Последнее стихотворение, помимо того, что содержит характерную для Хопкинса тему безвыходного отчаяния, интересно тем, что написано в форме французского сонета, а не английского (Шекспировского).

Пёстрая красота

     Слава Господу за всё пятнистое -
За небеса двойных цветов, как пёстрая корова;
За штрихи розовых родинок на форели, что плавает;
Горячий уголь каштанов; крылья зябликов;
Расчерченный и поделенный пейзаж - холм, земля под паром и плуг;
И все ремёсла, их инструмент, снаряженье и порядок.

Всё розное, своеобычное, свободное, странное;
Всё, что неверно, испещрённое (кто знает отчего?)
Стремительным, медленным; сладким, кислым; сияющим, тусклым -
Тот урождает, чья красота неизменна:
          Хвали его.

"Не сплю и чувствую шкуру тьмы - не дня..."

Не сплю и чувствую шкуру тьмы - не дня.
Какие часы, какие чёрные часы были пережиты
Этой ночью! Что ты, сердце, видело, какими дорогами ходило!
Но большее тебе предстоит, в ещё более долгом отсутствии света.

Моим словам есть свидетель. Однако там, где я говорю
Часы, я хочу сказать годы, хочу сказать жизнь. И моя жалоба -
Это бесчисленные крики, крики, словно не нашедшие адресата письма, посланные
К тому, самому дорогому, кто живёт, увы, далеко.

Я желчь, я изжога. Глубочайшим повелением Господь
Пожелал, чтобы мой вкус был горек: я сам был моим вкусом;
Кости построили во мне, плоть заполнила, кровь залила до краёв это проклятье.

Самозакваска духа делает кислым медленное тесто. Я вижу:
Те, кто потерялся, похожи на меня, и их бич,
Как я сам свой бич, - это их потеющие "я"; но хуже.

ОРИГИНАЛ

Pied Beauty

     Glory be to God for dappled things -
For skies of couple-colour as a brindled cow;
For rose-moles all in stipple upon trout that swim;
Fresh-firecoal chestnut-falls; finches' wings;
Landscape plotted and pieced - fold, fallow, and plough;
And áll trádes, their gear and tackle and trim.

All things counter, original, spare, strange;
Whatever is fickle, freckled (who knows how?),
With swift, slow; sweet, sour; adazzle, dim;
He fathers-forth whose beauty is past change:
          Praise him.

'I wake and feel the fell of dark'

I wake and feel the fell of dark, not day.
What hours, O what black hoürs we have spent
This night! what sights you, heart, saw; ways you went!
And more must, in yet longer light's delay.

With witness I speak this. But where I say
Hours I mean years, mean life. And my lament
Is cries countless, cries like dead letters sent
To dearest him that lives alas! away.

I am gall, I am heartburn. God's most deep decree
Bitter would have me taste: my taste was me;
Bones built in me, flesh filled, blood brimmed the curse

Selfyeast of spirit a dull dough sours. I see
The lost are like this, and their scourge to be
As I am mine, their sweating selves; but worse.

Discuss this in the Forum      Обсудить это на Форуме

Copyright ╘ 2003 by Sergey Karpukhin (translation)
Back to Russian/English Poetry Index