Бессмертник

Налетит цыганка осень,
Вдохновеньем осенит,
Осеняя, опьянит
И в мороз босого бросит,
Охладит и отрезвит.
Осень, осень, осени же -
Видишь, кланяюсь все ниже,
Подобрав твои дары
Плодоноснейшей поры.
Осень - россинь, осень - росстепь,
Осень - ярмарка цветов!
Золотой бессмертник осень,
Подари мне сто годов!
Исступленно пью я, осень,
Трав твоих хмельных настой
Из ручья надежды. В росстань
Не поверю ни за что!

The Immortal

The gypsy autumn comes,
Strikes with inspiration,
And in striking, it intoxicates
And tosses me barefooted into the cold,
It chills and sobers.
Autumn, autumn, inspire me ≈
You see, I bow ever lower,
Gathering your gifts
Of the most fruitful of times.
Autumn is the clear blue sky of a crisp September day,
Autumn is the open expanses of the forest-steppe revealed by the falling of leaves,
Autumn is a riot of colors!
The golden, immortal autumn,
Give me a hundred years!
I drink ecstatically, autumn,
An infusion of your intoxicating herbs
From the stream of hope. Nothing
Could make me believe in parting forever!

* * *

Мне не уйти от наважденья
Весенней девушки моей.
И я без тени сожаленья
Прощусь с покоем, чтобы ей
Свои тревоги и сомненья,
Свои надежды и мечты
Сложить к ногам вне суеты.
Схвачу весло. Одену крылья.
Избавлю небо от ворон.
И той минутой очищенья -
Как в первоатоме одном,
И той волною вдохновенья
Я возвещу, что я влюблен
И свято, гордо предан ей -
Весенней девушке моей.

* * *

It's not for me to walk away from the delusion
Of my girl of spring.
And without a shadow of regret
I bid adieu to my peace
So that she can put to rest
Her worries and doubts,
Her hopes and dreams, outside the bustle.
I'll take up an oar. I'll put on wings.
I'll clear the sky of crows.
And in that moment of cleansing -
As if in the solitary primordial atom -
And by that wave of inspiration
I shall proclaim that I've fallen in love with
And am sacredly, proudly devoted to her -
My girl of spring.

* * *

Если мысленно времени бег убыстрить,
В кинофильме об осени будут такие мгновенья:
Ярко вспыхнет осина и листьями будет искрить,
И рисунок рябины возникнет на фоне всеобщего тленья,
Вспышнет порохом желтым пушистый листвяк.
Все взорвутся цвета разноцветным слепящим салютом!
Коль подкосит меня, догореть я хотел бы вот так:
Словно осень искрясь и как листья роняя минуты.
И ещё - коль узнаю, что скоро не быть,
Стиснув зубы, боясь тупика сожаленья,
Я хотел бы на этой земле долюбить
В золотые последние эти мгновенья.
И, роняя в узорах стиховых листы,
Содрогаясь как клен под порывом холодного ветра,
Я б желал, чтоб, как прежде, улыбкою вечная Ты
Награждала меня неизменно счастливым приветом.

* * *

If one mentally sped up the race of time,
There would be moments like these in a movie about autumn:
An aspen would burst out brightly, and spark with leaves,
And a shot of mountain ash would appear against the backdrop of general rot,
Downy thallus would burst with yellow powder,
And the colors would break out in a blinding, motley salute . . .
If I were cut down, here's how I would want to burn:
Sparking like the fall, shedding the minutes like leaves.
And beyond that: if I learned that I would be no more,
Clenching my teeth, fearing the dead end of regret,
I would want to consummate my love on this land
In these golden last moments.
And, shedding my leaves in patterns,
Shuddering like a maple tree in a gust of cold wind,
I would want, as before,
For the eternal You, smiling, to confer on me your invariably happy greeting.

* * *

Зазимок пал - и все озолотилось.
И из-под снега вышла, пожелтев,
Листва берез, что зеленью струилась.
И первый лист осенний полетел.
Не так ли сердце первая остуда
Нежданным снегом больно обожжет,
И дар любви - зеленая причуда -
Оттенок мудрости златой приобретет.

* * *

The first snow had fallen - and all was gilded.
And, streaked with green and having yellowed,
The leaves of the birches came out from
Under the snow and the first leaf of fall flew.
Isn't this how the first chill painfully burns
The heart with its unexpected snow,
And a gift of love - the green marvel -
Takes on the hue of golden wisdom?

* * *

Ты, промелькнувшая в юности ранней
Синим плащом по ночи,
Тихо исчезнувшая в тумане
Светлой фигурой свечи,
Ты, обвивавшая рыжей волною,
Белою тайной маня -
Да! Ты была, очевидно, земною,
Только не для меня.
Ты - нереальна! Я истину эту
В долгих мученьях обрёл.
Солнце реально, реальны поэты,
Путь, по которому брёл.
Ты же - из пены Байкала возникла,
В льдины его ушла.
К струям волос твоих лишь приникнув -
Счастлив, что ты была!

* * *

You, who in your early youth
Flashed your blue cloak at night,
Who quietly vanished in the fog,
Like the translucent shape of a candlestick.
You, wrapped in a wave of red hair,
In the sweet captivity of the white mystery.
Yes! You were obviously of this Earth,
But not for me.
You were unreal! I came by this truth
Through long torment.
The Sun is real, poets are real,
Soo too is the path you strolled along.
But you arose from the foam of Baikal,
You went away into its ice-floes.
Having only nestled the jets of your hair,
I'm glad that you were!

Discuss this in the Forum      Обсудить это на Форуме

Copyright ╘ 2004 by Aleksey Golovko & Larry Cannon (English translation)
Back to Russian/English Poetry Index